Один день — не срок: как радиочастотные центры вычисляют вашу рекламу в Instagram* и почему удаление поста не спасает

Вы запустили рекламу в запрещенной соцсети. Покрутили сутки, сняли, забыли. Казалось бы, кто узнает? Но в России работает система тотальной слежки за интернет-рекламой. И узнают все.

После истории с 15 сутками за логотип Instagram* в подвале сайта многие подумали:

«Фух, меня это не касается, у меня просто бизнес, я только рекламируюсь».

Но закон устроен хитрее. Сегодня под удар попадают не только владельцы сайтов с иконками, но и те, кто крутит таргет. Даже если кампания шла всего один день.

Рассказываем, кто такие радиочастотные центры, как они видят вашу рекламу и почему «я уже удалил» не работает.

Многие думают, что Роскомнадзор следит только за запрещенным контентом и может быть конкуренты и недовольные клиенты жалуются (которых у Вас, конечно же, нет).

Но с 1 сентября 2022 года в России действует механизм тотальной прослеживаемости интернет-рекламы.

Основание — статья 18.1 Федерального закона «О рекламе» .

Согласно закону, все, кто размещает рекламу в интернете, направленную на российских потребителей, обязаны передавать информацию о ней в Единый реестр интернет-рекламы (ЕРИР). Оператором этой системы выступает Роскомнадзор.

Но кто физически крутит базы данных, собирает информацию и следит, чтобы рекламодатели не прятались? Ответ есть в части 2 той же статьи:

«Организационные и технические меры, необходимые для реализации... полномочий по учету, хранению и обработке информации о распространенной в интернете рекламе, осуществляет радиочастотная служба».

Это не мифические хакеры в капюшонах. Это структура (ФГУП «ГРЧЦ» — Главный радиочастотный центр, в простонароде - ГОРЧИЦА), которая раньше занималась частотами для вышек сотовой связи и телевидения. Теперь у них новая функция: они стали цифровым оком, сканирующим всю рекламу в рунете.

Система устроена так, что спрятаться практически невозможно. С 2023 года любой рекламный пост в интернете должен иметь специальный токен (erid), а все данные о креативе, бюджете, рекламодателе и площадке уходят в РКН через операторов рекламных данных (ОРД) .

Но это в легальном поле. А что, если реклама идет в обход? Например, через Instagram*, который официально запрещен?

Вот тут и вступают в дело радиочастотные центры. У них есть полномочия мониторить сеть самостоятельно и выявлять факты распространения рекламы без передачи данных. И технически они это делают очень просто:

1. Сбор данных. Специализированное ПО сканирует открытые источники (аккаунты, посты, сторис) и собирает информацию о рекламных объявлениях.

2. Фиксация. Составляется акт осмотра интернет-ресурса. В нем указывается дата, время, URL, скриншот.

3. Сверка. Если реклама не прошла через ЕРИР (у нее нет токена, либо она размещена на запрещенной платформе), данные направляются в правоохранительные органы или непосредственно в Роскомнадзор для возбуждения дела об административном правонарушении.

И тут важный момент: акт осмотра имеет юридическую силу. Это такой же документ, как протокол полиции. Если в акте зафиксировано, что 1 марта 2026 года в 14:30 в аккаунте @business_xxx висела реклама, факт нарушения зафиксирован.

Самый опасный миф среди предпринимателей: «Я покрутил рекламу сутки, потом удалил — и концы в воду».

В предыдущей статье мы разбирали постановление суда по делу Солдатова. Там суд четко указал: последующее удаление не отменяет факта правонарушения. Та же логика работает и с рекламой.

Как происходит на практике:

- Вы запускаете рекламную кампанию 1 марта.

- Сотрудник радиочастотного центра (или ЦПЭ) фиксирует ее 2 марта.

- Материалы уходят на проверку, составляется протокол.

- Вам приходит повестка через месяц, когда реклама уже две недели как не крутится.

Вы приходите и говорите:

«Я всё удалил, сайт закрыл, кампанию остановил».

А в акте осмотра четко написано: 1 марта реклама была.

Более того, данные хранятся не менее 5 лет . То есть, если нарушение нашли сегодня, а произошло оно год назад, срок давности (1 год) еще не истек — привлечь могут спокойно.

Многие до сих пор думают, что «руками ничего не проверишь, сайтов миллионы».

Но радиочастотные центры работают автоматизированно. У них есть роботы, которые мониторят сеть 24/7.

Достаточно один раз промелькнуть в выдаче или оставить пост открытым — система сделает скриншот, сохранит метаданные и отправит в работу. Удаление поста через сутки не удалит скриншот из материалов дела.

Сегодня безопасной рекламы в Instagram* не существует.

Даже если вы запустили кампанию на час и сразу удалили, у радиочастотного центра мог быть включен сканер именно в этот час. Доказать, что рекламы не было, вы уже не сможете — скриншот-то есть.

Единственный способ не попасть на штрафы — полностью исключить рекламу из социальной сети.

---

Примечание: Instagram принадлежит Meta Platforms Inc., деятельность которой признана в России экстремистской и запрещена.

В Москве возбуждено уголовное дело по факту предполагаемого хищения средств при строительстве виллы на острове Бали. Следствие рассматривает версию мошеннической схемы, связанной с продажей зарубежной недвижимости, инвестиции в которую фактически не были реализованы.

По данным правоохранителей, летом 2022 года потерпевшая заключила договор с индонезийской компанией на строительство виллы, разработку дизайна и меблировку. Стоимость составила около 198 тыс. долларов (примерно 11,2 млн рублей на момент сделки), а с учетом дополнительных расходов — 11,7 млн рублей.

Подрядчик обязательства не исполнил, объект заказчице не передан. Ущерб квалифицирован как особо крупный.

Речь идет об одной из вилл, рекламировавшихся блогером Сергеем Домогацким (более 1 млн подписчиков). Деньги собирались в Москве, однако инвесторы недвижимость не получили.

Для привлечения покупателей блогер использовал рекламу с участием Ларисы Гузеевой, Лолиты Милявской и Ксении Собчак.

В ноябре Гузеева, комментируя скандал, заявила, что сама купила у Домогацкого виллу и не получила ее. А Лолита заверила, что не призывала покупать дома на Бали и в Никарагуа.

Параллельные судебные процессы

Расследование идет на фоне других разбирательств. В начале февраля Арбитражный суд Московской области ввел процедуру банкротства в отношении Домогацкого. Ранее с него взыскали 49 млн рублей в пользу обанкротившейся компании.

По данным СМИ, предприниматель приобрел недвижимость в Южной Африке стоимостью около 2 млн долларов — сумма сопоставима со средствами, которые, по версии заявителей, могли быть получены от клиентов в проектах на Бали.

Масштаб претензий и международный характер

В отношении Домогацкого подано не менее 36 исков. Часть инвесторов добивается привлечения его к ответственности не только в России, но и в Индонезии. Среди заявителей — граждане разных стран, включая государства СНГ, а также Европы и Северной Америки.

По оценкам потерпевших, обманутыми считают себя около 80 клиентов, а общий ущерб может достигать 1,5 млрд рублей. Точная сумма и число эпизодов будут установлены следствием.

Возможная правовая квалификация

Следствие проверяет признаки мошенничества — хищения имущества путем обмана или злоупотребления доверием. Ключевыми остаются вопросы:

1. Реальность исполнения договоров — существовала ли возможность завершить строительство или обязательства были изначально фиктивными.

2. Инвестиционная модель — трансграничные платежи и посредники снижают контроль инвесторов и повышают риски злоупотреблений.

3. Системность привлечения средств — большое число заявителей может свидетельствовать о масштабной схеме.

4. Финансовые операции подозреваемого — приобретение зарубежных активов при невыполненных обязательствах может рассматриваться как распоряжение средствами, полученными незаконно (при доказанности связи).

История отражает типичную проблему трансграничных строительных проектов: договор заключается в одной юрисдикции, объект строится в другой, а финансовые потоки проходят через третьи страны. Это усложняет и взыскание средств, и уголовное преследование.

Если будет доказано изначальное намерение не исполнять обязательства, дело может стать показательным примером квалификации инвестиционных схем как мошенничества в особо крупном размере. В противном случае спор частично может остаться в сфере гражданско-правовой ответственности.

Расследование продолжается, окончательные выводы будут сделаны после завершения следствия и судебного рассмотрения.

История Дениса Солдатова, получившего 15 суток ареста за иконку соцсети в подвале сайта, обросла деталями. Это не просто новость — это пошаговый алгоритм того, как сегодня можно лишиться свободы из-за пикселя на старом сайте.

Мы изучили 5-страничный документ (Дело № 5-0048/2026) и нашли в нем важные детали, которые остались за кадром кратких новостных заметок.

Рассказываем, что именно увидел судья, почему не помогло удаление логотипа и какой текст публиковал Солдатов до того, как попал под статью.

Суть дела: не просто иконка, а контекст

Многие комментаторы вчера удивлялись: «Неужели нельзя поставить ссылку на Инстаграм*?». Постановление суда дает четкий ответ — нельзя, если эта ссылка оформлена фирменным знаком.

Согласно документу, 16 декабря 2025 года сотрудник Центра по противодействию экстремизму (ЦПЭ) ГУ МВД по г. Москве, находясь в кабинете № 316, проводил осмотр интернет-ресурса «Гулаг-Инфо». Владельцем сайта является Денис Сергеевич Солдатов.

Вот что именно привлекло внимание :

На сайте была опубликована заметка от 15 декабря 2025 года со следующим заголовком:

«Муж находится уже второй раз в ЕПКТ, не пускали к нему адвоката, три раза я оплачивала и он возвращался без результата».

ЕПКТ— это Единое помещение камерного типа, фактически тюрьма внутри колонии для наиболее злостных нарушителей. Текст явно правозащитного характера.

Так вот, под этим текстом, как указано в постановлении, размещались стандартные кнопки-ссылки на соцсети с их логотипами. Среди них был и логотип социальной сети, принадлежащей компании Meta**, деятельность которой запрещена в РФ.

Что говорят документы: сухая выдержка из протокола

В протоколе об административном правонарушении № 1673031 от 19 февраля 2026 года ситуация описана сухим официальным языком:

«Ниже размещены ссылки с логотипами социальных сетей, в том числе логотип социальной сети «...», которая создана американской транснациональной холдинговой компанией ... деятельность которой запрещена на территории РФ на основании решения Тверского районного суда г. Москвы по делу № 02-2473/2022 от 21 марта 2022 года».

Проще говоря: сотрудник ЦПЭ скриншотил страницу, увидел синий значок с фотоаппаратом и зафиксировал нарушение.

В суде, который состоялся 20 февраля 2026 года, Денис Солдатов вел себя максимально открыто и смиренно.

Судья Е.В. Куликова зафиксировала в постановлении:

«В судебном заседании Солдатов Д.С. фактические обстоятельства дела подтвердил, также пояснил, что работа по удалению запрещенной символики была проведена, в настоящее время сайт закрыт».

Логика Солдатова была понятна: «Я всё осознал, всё убрал, сайт вообще ликвидировал — давайте разойдемся». Но суд мыслит иначе.

Почему «я всё удалил» — не аргумент

Это ключевой момент для понимания всей истории. Судья отдельно разобрала доводы Солдатова и указала в постановлении:

«Доводы Солдатова Д.С. о том, что работа по удалению запрещенной символики была проведена, в настоящее время сайт закрыт, не свидетельствуют об отсутствии события, состава административного правонарушения».

Правонарушение считается совершенным в тот момент, когда логотип был вывешен и доступен публике (15 декабря 2025 года). То, что владелец потом «замел следы», не отменяет того факта, что несколько дней (или месяцев) любой посетитель сайта видел запрещенную символику. Срок давности по таким делам — 1 год. Весточка пришла ровно через год (16 декабря 2025), но уложилась в сроки.

В деле, помимо протокола и объяснений, есть три основных документа, которые суд счел неопровержимыми доказательствами:

1. Рапорт сотрудника ЦПЭ от 18 февраля 2026 года, где он докладывает начальству об обнаруженном нарушении.

2. Акт осмотра интернет-ресурса от 16 декабря 2025 года. Это, по сути, скриншоты страницы, заверенные печатью и подписью полицейского. Суд проверил: акт оформлен правильно, дата стоит, адрес страницы указан — значит, доказательство законно.

3. Еще один рапорт от 19 февраля, завершающий проверку.

Судья Куликова особо подчеркнула: оснований не доверять этим бумагам нет, они составлены по форме.

Статья 20.3 КоАП РФ предусматривает два вида наказания для граждан: штраф (от 1000 до 2000 рублей) либо арест до 15 суток. Солдатову дали максимум — 15 суток.

В постановлении сказано:

«Обстоятельств, смягчающих, отягчающих административную ответственность, судом не установлено».

То есть суд не нашел ни причин ужесточить наказание (например, повторности), ни причин его смягчить (например, малолетних детей на иждивении).

Почему же суд выбрал арест, а не штраф? В документе есть формулировка:

В целях предупреждения совершения новых правонарушений считает необходимым назначить административное наказание в виде административного ареста, поскольку данное наказание максимально обеспечивает достижение задач и целей административного наказания».

Суд счел, что штраф в 2000 рублей для работающего человека (Солдатов работает, имеет высшее образование, разведен) не будет должным профилактическим средством. А вот 15 суток изоляции от общества — заставят задуматься.

Из постановления мы видим, что доменное имя сайта зарегистрировано непосредственно на Дениса Сергеевича Солдатова. Это значит, что юридически ответственность за контент на сайте несет он как физическое лицо.

Если бы сайт был оформлен на юридическое лицо или ИП, штрафы были бы намного выше (до 50 тыс. для должностных лиц и до 500 тыс. для юрлиц). Но в данном случае отвечает гражданин.

Эта история с разбором документов учит нас трем вещам:

1. Срок давности — 1 год. Если у вас на сайте висит «опасная» иконка, полиция может прийти через 11 месяцев, и «я уже удалил» не сработает.

2. Контекст не важен. Неважно, что текст под логотипом был про права заключенных, а сам сайт — правозащитный. Важно лишь наличие графического изображения.

3. Раскаяние не равно освобождение. Признание вины и добровольное устранение последствий (закрытие сайта) могут учитываться судом, но не гарантируют замену ареста на штраф.

Денис Солдатов сейчас отбывает наказание. Его сайт «Гулаг-Инфо» закрыт.

---

*Примечание: Instagram принадлежит Meta Platforms Inc., деятельность которой признана в России экстремистской и запрещена на основании решения Тверского районного суда г. Москвы от 21.03.2022 по делу № 02-2473/2022.

Сегодня, 24 февраля 2026 года, информационное пространство взорвалось.

Пока одни спорят о скорости загрузки видео, а другие ищут рабочие сервисы обхода блокировок, случилось то, что многие считали невозможным еще год назад. Речь идет не просто о замедлении или технических сбоях. Речь об уголовном деле.

Суть момента: дело не на платформу, а на человека

Согласно публикациям в официальных СМИ («Российская газета» и «Комсомольская правда» со ссылкой на материалы ФСБ), действия руководителя Telegram Павла Дурова расследуются в рамках уголовного дела по признакам преступления, предусмотренного ч.1.1 ст. 205.1 УК России (содействие террористической деятельности) .

Давайте включим логику.

Заметим главное: дело пока заведено НЕ на платформу Telegram , а непосредственно НА действия руководителя.

Цифры в публикациях приводятся убийственные: по данным ФСБ, с 2022 года с использованием мессенджера совершено более 153 тысяч преступлений, из которых 33 тысячи имеют диверсионно-террористическую и экстремистскую направленность . Упоминается и теракт в «Крокус Сити Холле», и убийства военкоров, и подготовка массовых убийств в школах .

Если требования к платформе не работают, а статистика по преступлениям растет, логика силовиков проста.

То, что дело возбуждено именно на Дурова, а не на софт, говорит о том, что государству нужен не просто доступ к переписке террористов, а субъект переговоров, который понесет ответственность.

Напомню контекст: с 10 февраля 2026 года Роскомнадзор усилил «деградацию трафика» (замедление) Telegram до 55%, а в Общественной палате уже предупреждают, что использование VPN создает угрозу утечки данных, превращая переписку в «открытую книгу» . В таких условиях жить можно, но о былом комфорте приходится забыть.

По логике вещей, если текущая волна (давление на руководителя) не принесет результата, и от Дурова не получат всего, что нужно, следующая волна дойдет уже до непосредственно платформы.

И вот тут начинается самое интересное.

В итоге Telegram в России ждет судьба Instagram*.

Да, многие помнят, что Instagram* (принадлежит Meta, которая признана экстремистской и запрещена в РФ) у нас не работает. Пользователей там действительно стало меньше. Но жить-то можно. Точнее, существовать.

Чего лишатся пользователи, если Telegram объявят «террористической» структурой? В первую очередь — легальной рекламы.

Рекламный рынок уже научили работать по-новому: продвижение на запрещенных платформах карается . Бизнесу придется уйти в VK или другие отечественные экосистемы.

Однако информацию пользователи все равно будут получать. Если, конечно, ВПН не запретят окончательно и не введут ответственность за их использование.

Ситуация 24 февраля — это серьезный звонок. Пока мы обсуждаем, грузятся ли мемы, решается судьба крупнейшей цифровой площадки. Идет не просто блокировка, а юридическая зачистка пространства.

Будем следить за развитием событий. Лично я придерживаюсь мнения, что ситуация будет усугублять до тех пор, либо Дуров не пойдет на беспрецедентные уступки, либо Telegram не повторит печальный путь запрещенных соцсетей.

---

Примечание: Instagram принадлежит Meta Platforms Inc., деятельность которой признана в России экстремистской и запрещена.

Вы уже слышали, что Яндекс запускает новый сервис такси Fasten?

Пока таксисты в недоумении гадают, как новые тарифы отразятся на их заработке, мое внимание привлекло совсем другое.

Все официальные бумаги говорят о том, что товарный знак Fasten зарегистрирован 18 января 2024 года, а правообладатель — Общество с ограниченной ответственностью «Яндекс.Такси» . Казалось бы, что здесь криминального? Ан нет, есть нюанс.

Смотрю я на список тарифов, которые обещают пользователям в новом приложении, и глаза начинают дергаться в нервном тике:

* Share — для совместных поездок

* Fasten — базовый тариф

* Comfort

* Comfort+ — для поездок среднего и повышенного комфорта

* Business — представительский класс .

Красиво? Безусловно. Модно? Очень. А по-русски? А вот с этим, кажется, большая проблема.

Получается интересная коллизия. Вся эта информация — названия тарифов, интерфейс — направлена на нас с вами, на физических лиц. А наши с вами отношения с сервисами регулирует Федеральный закон «О защите прав потребителей» (ЗПП).

Мы ведь помним, что с 1 марта 2026 года вступают в силу новые правила игры. Закон о «русификации» (если говорить простым языком) обязывает приводить всю информацию для потребителей на государственном языке. То есть все эти Share, Comfort+ и Fasten должны быть переведены на великий и могучий или хотя бы иметь русскоязычный аналог в интерфейсе.

Я, конечно, тут же побежала в магазин приложений, чтобы скачать приложение и лично удостовериться в этом безобразии. Но не тут-то было!

В Москве приложение оказалось недоступно (видимо, раскатывают по регионам или готовят серверы) .

Но сам факт! Неужели в Яндексе решили, что закон им не писан? Что «бизнес» и «комфорт» — это и так понятно, а «шэр» мы все выучили еще в школе?

Я понимаю, что Fasten — это отдельное приложение, позиционируемое как «для молодых», минималистичное и без лишних функций . Но тренд на засилье англицизмов в угоду стилю уже порядком поднадоел. Особенно когда за этим стоит потенциальное нарушение закона.

Остается только верить и надеяться, что в компании образумятся и к моменту официального запуска (или хотя бы к 1 марта) все эти Share и Fasten обзаведутся понятными русскими подписями. А пока держу кулачки и слежу за новостями.

А вы как думаете, это просто мода на английские названия или сознательное игнорирование закона? Делитесь мнениями в комментариях! ⚖️

Сленг, YouTube, посты и озвучка: полный разбор закона о русском языке для блогеров и авторов контента

С 1 марта 2026 года в России начинает полноценно действовать Федеральный закон № 168-ФЗ. Многие блогеры, ведущие Telegram-каналов и YouTube-авторы всерьёз опасаются, что теперь их контент придётся полностью «зачистить» от английских слов.

«Мне теперь нельзя говорить "вайб" в stories?», «А если я вставил в видео английское слово в титрах — меня оштрафуют?», «Надо ли переводить название своего блога?».

Эти вопросы мне задают каждый день.

Давайте раз и навсегда разберемся, что именно меняет закон, где проходят границы его действия и чего на самом деле бояться не стоит.

Спойлер: закон бьёт по вывескам и коммерции, а не по разговорному языку.

Открываем главный секрет: закон регулирует письменную коммерцию, а не устную речь

Чтобы понять закон, нужно запомнить простую формулу. Новые поправки (статья 10.1 Закона о защите прав потребителей) касаются только информации, предназначенной для публичного ознакомления потребителей .

Что это значит на практике? Это значит, что требования к русскому языку возникают там, где бизнес (продавец, исполнитель) общается с потребителем (покупателем, клиентом) с целью продажи или информирования о товаре/услуге. Это вывески, меню, ценники, сайты, карточки товаров на маркетплейсах, условия акций и скидок .

Всё, что не подпадает под это определение, остаётся за рамками регулирования. Это ключевой момент.

Ситуация 1. Слова в устной речи (в видео, на стриме, в подкасте)

Короткий ответ: Никаких ограничений. Закон не регулирует устную разговорную речь физических лиц.

Вы можете говорить «вайб», «краш», «кринж», «хайп», «шеймить», «лол», «олды» и использовать любые другие сленговые англицизмы. Ваша лексика — это ваше личное дело, и государство в неё не вмешивается.

Но есть два важных нюанса:

1. Если видео само является рекламой. Если вы сняли рекламный ролик для бренда (интеграция), и в нём звучат сложные иностранные слова, которые могут запутать зрителя, это может стать поводом для претензий со стороны ФАС. Но здесь речь идёт не о «нарушении языковых норм», а о возможном искажении смысла информации в рекламе .

2. Если вы используете профессиональный сленг. В видео для IT-специалистов или врачей вы можете говорить «деплой», «билд», «паллиатив» — это допустимо, так как это профессиональная коммуникация, а не информация для массового потребителя .

Ситуация 2. Озвучка к видео и закадровый текст

Короткий ответ: Если это ваш личный контент — можно всё. Если это рекламная интеграция — лучше адаптировать.

Логика та же, что и с устной речью. Закадровый голос в вашем личном блоге или на канале — это ваша речь. Закон не может заставить вас говорить исключительно на русском.

Однако, если вы делаете перевод иностранного ролика и накладываете свою озвучку, здесь важно помнить про письменный контент на экране. Если в оригинале видео есть текст на иностранном языке, и вы его не перевели или не задублировали субтитрами, то для зрителя это может быть признано информацией на иностранном языке без перевода. Но это скорее вопрос качества контента, а не нарушения закона, если вы не продаёте через это видео товары.

Ситуация 3. Текст поста или статьи (письменный контент)

Вот здесь начинается самое интересное. Ответ зависит от того, какой у вас блог и что вы в нём делаете.

Если блог личный и некоммерческий

Вы пишете о жизни, путешествиях, делитесь мыслями, не продаёте товары и не оказываете услуги. В этом случае вы — не продавец. Закон к вам не применяется. Вы можете писать «Сегодня вайбовый закат» или «Мой новый лук с Zara» — это ваше личное творчество .

Если блог коммерческий (вы продаёте товары или услуги)

Здесь вы становитесь «продавцом» или «исполнителем». На вас распространяются требования закона в той части контента, которая касается продаж и информирования о ваших товарах/услугах.

Что нужно перевести на русский язык:

- Описания ваших товаров и услуг.

- Условия акций и скидок. Написать просто «SALE» — нарушение. Нужно «Скидки» или равнозначный дубляж «Скидки (SALE)» .

- Кнопки и призывы к действию («Купить», «Заказать», «Подписаться»).

- Цены и прайс-листы.

- Информацию о доставке и оплате .

Что можно оставить без перевода:

- Названия зарубежных брендов (iPhone, Nike, Zara, Dyson) — это товарные знаки, исключение .

- Ваш личный сленг и мнение о товаре («Мне этот гель прям зашёл, текстура — огонь») — это не относится к обязательной информации о товаре.

- Вымышленные названия, если они зарегистрированы как товарный знак .

Транслитерация: работает или нет?

Часто спрашивают: «А если я напишу "сейл" вместо "sale", это спасёт?».

Нет, не спасёт. Транслитерация (написание русскими буквами иностранного слова) не освобождает от обязанности перевода, если слово является нарицательным и обозначает товар, услугу или действие .

- «Сейл» — нарушение.

- «Распродажа» или «Скидки» — правильно.

- «Скидки (SALE)» — допустимый равнозначный дубляж.

Технические термины и слова из словарей

Есть категория слов, которые можно использовать без перевода, потому что они стали частью русского языка и зафиксированы в нормативных словарях РАН .

Можно (есть в словарях): вайфай (Wi-Fi), блютуз (Bluetooth), фитнес, пилатес, ланч, бокс, стретчинг, вок, спа (SPA) .

Нельзя (требуют перевода): коуч, лайфстайл, барбершоп, вейп, сейл, шоп, хостес, фреш .

Где проверять? На портале NormaSlov или в словарях, утверждённых Правительством РФ . Также можете попробовать с ботом @inoslov_bot

Как определить, что ваш блог стал коммерческим?

Есть простые маркеры, которые говорят о том, что на вас распространяются требования закона в части информации о товарах/услугах:

1. Вы продаёте свои товары или услуги. У вас есть магазин, вы проводите платные курсы, консультации, продаёте мерч.

2. Вы принимаете рекламу. Вы публикуете интеграции за деньги. В этом случае вы становитесь рекламораспространителем, и рекламный контент должен соответствовать закону (в том числе в части языка) .

3. У вас есть прямая ссылка на магазин или прайс в шапке профиля. Это уже признак коммерческой деятельности.

Если ничего из этого про вас, можете спать спокойно.

Закон № 168-ФЗ с 1 марта 2026 года направлен на визуальную коммерческую информацию: вывески, ценники, меню, карточки товаров на маркетплейсах, сайтах, блогах, условия акций. Он НЕ РЕГУЛИРУЕТ:

- Устную речь в видео, на стримах, в подкастах.

- Личные посты и блоги, где нет продаж.

- Названия зарубежных брендов.

- Профессиональный сленг в профильных видео.

Поэтому на вопрос «Отменят ли сленг?» ответ один: нет, сленг остаётся с нами.

Законодатели пришли за вывесками и коммерцией, а не за разговорным языком.

Мы изучили книгу Дэвида Майстера "Managing the Professional Service Firm" и вот что мы узнали:

Практически каждая юридическая фирма формулирует свою миссию одинаково:

• высокое качество услуг,

• профессиональный рост сотрудников,

• финансовый успех.

Звучит банально. Но проблема в том, что эти три цели постоянно конфликтуют между собой. И управлять юридической фирмой — значит ежедневно удерживать равновесие между ними.

Юридическая фирма живёт сразу на двух рынках:

1. Рынок клиентов — где нужно продавать экспертизу.

2. Рынок талантов — где нужно привлекать и удерживать сильных юристов.

И если с первым всё более-менее понятно (качественная работа = довольный клиент = деньги), то со вторым всё сложнее.

Юристы приходят в фирму не просто за зарплатой. Они приходят за карьерой. За ростом. За статусом. За шансом стать партнёром.

А это автоматически превращает структуру фирмы в стратегический фактор.

Три типа юридической работы — три модели фирмы:

1. «Мозги»

Сложные, уникальные, нестандартные дела.

Новые вопросы. Новые правовые конструкции. Высокая неопределённость. Здесь клиент покупает интеллект. Команда — небольшая. Старшие юристы вовлечены глубоко.

Делегировать почти нечего.

2. «Опыт»

Проблемы знакомые, но требующие экспертизы и практики. Налоговые споры, структурирование сделок, арбитраж с повторяющимися элементами. Здесь продаётся не гениальность, а накопленный опыт.

Часть задач можно делегировать.

3. «Процедуры»

Рутинные, повторяющиеся задачи. Регистрация, стандартные договоры, сопровождение типовых процессов. Здесь продаётся эффективность и отлаженность процессов.

Большая часть работы выполняется младшими юристами.

И вот здесь появляется ключевой вопрос:

Соответствует ли структура вашей фирмы тому типу работы, который вы продаёте?

В юридическом бизнесе прибыль формируется не только ставками партнёров.

Она формируется через так называемый «рычаг» — соотношение младших, средних и старших юристов.

Проще говоря:

• Партнёр продаёт проект.

• Работу выполняет команда.

• Разница между стоимостью часа младшего юриста и тем, что клиент платит за этот час, и создаёт прибыль.

Чем больше разумный «рычаг» (без потери качества), тем выше маржинальность.

Но здесь есть опасность.

Если фирма:

• берёт слишком «процедурную» работу при структуре, ориентированной на сложные дела — партнёры будут перегружены простой работой;

• берёт слишком сложные проекты при «массовой» структуре — пострадает качество.

Баланс структуры и типа работы — это вопрос выживания.

Юридическая фирма — это карьерная пирамида.

Если:

• ассоциаты рассчитывают стать партнёрами,

• продвижение обещано через 4–5 лет,

• шанс «дойти до вершины» не нулевой, то фирма обязана либо расти, либо выстраивать жёсткую систему отбора.

Если роста нет — пирамида ломается.

Если партнёры не расширяются — продвижение останавливается. Если продвижения нет — лучшие уходят.

Отсюда простой вывод:

Структура персонала, политика продвижения и темпы роста — взаимосвязаны.

Нельзя:

• держать большое количество младших,

• обещать быстрый карьерный рост,

• и при этом не расти.

Математика не сойдётся.

Прибыль — это «гигиена», но не «здоровье»

Финансовая дисциплина важна. Контроль загрузки важен. Маржинальность важна. Но всё это — скорее «гигиена». Настоящее «здоровье» юридической фирмы определяется:

• качеством людей,

• способностью удерживать сильных юристов,

• культурой сотрудничества,

• стратегической ясностью.

Фирмы, которые управляют только цифрами, часто упускают главный актив — энергию и амбиции команды.

Юридическая фирма — это не просто объединение экспертов.

Это система, в которой должны совпасть:

• тип работы,

• структура команды,

• модель карьеры,

• экономическая логика,

• ожидания рынка.

Если хотя бы один элемент выбивается — дисбаланс начинает разрушать всю конструкцию.

Именно поэтому управление юридической фирмой — это не администрирование.

Это постоянное стратегическое балансирование.

Наша команда изучила статью "Balancing the Professional Service Firm" Maister, David H. и сделала следующие выводы:

Юридическая фирма — это не просто бизнес и не просто объединение профессионалов. Это сложная система, в которой ежедневно сталкиваются интересы партнёров, ожидания клиентов, карьерные амбиции младших юристов и финансовая реальность.

Одна из главных проблем, с которой сталкиваются управляющие партнёры, — это баланс. Баланс между зарабатыванием денег сегодня и инвестированием в завтрашний день. Между свободой сильных индивидуалов и необходимостью действовать как единая команда. Между качеством работы и её экономикой.

Давайте разберёмся, где чаще всего «перекашивает» и к чему это приводит.

1. Партнёр — звезда или часть системы?

Во многих фирмах структура строится вокруг сильных индивидуальных практик. 

Но проблема начинается тогда, когда фирма превращается в набор автономных мини-офисов под одной вывеской. Каждый партнёр ведёт своих клиентов, свои финансы, свою команду — и интерес к общему развитию снижается.

В краткосрочной перспективе это может работать. В долгосрочной — фирма теряет управляемость:

• сложно внедрять единые стандарты качества;

• тяжело развивать новые направления;

• возникают конфликты по распределению прибыли;

• отсутствует культура взаимной поддержки.

Сильная юридическая фирма — это не клуб индивидуалистов, а система, где личный успех встроен в общую стратегию.

2. Прибыль сейчас или устойчивость завтра?

Ещё один хронический перекос — ориентация на текущую прибыль.

Когда партнёры ежегодно распределяют максимум заработанного, возникает соблазн экономить на всём «нематериальном»:

• обучении младших юристов,

• маркетинге,

• развитии бренда,

• управленческих процессах,

• IT-инфраструктуре.

Проблема в том, что эти «расходы» — на самом деле инвестиции. Их отсутствие редко разрушает фирму сразу. Но постепенно:

• снижается качество кадров;

• фирма проигрывает конкуренцию более системным игрокам;

• клиенты начинают воспринимать её как устаревшую.

Юридический бизнес особенно уязвим к этому, потому что его главный актив — люди. А развитие людей требует времени и денег.

3. Клиент всегда прав? Не всегда.

Профессиональная фирма живёт за счёт клиентов, но не должна быть их заложником.

Часто можно наблюдать две крайности:

• первая: фирма берётся за любую работу ради выручки.

• вторая: фирма обслуживает клиентов без границ, позволяя диктовать сроки, бюджеты и формат взаимодействия.

Обе модели разрушают баланс.

Если фирма не умеет управлять портфелем клиентов — выбирать, выстраивать условия, формировать ожидания — она постепенно начинает работать в режиме хронического стресса. Команда выгорает, маржинальность падает, качество страдает.

Парадоксально, но устойчивые фирмы часто выигрывают именно за счёт чётких правил: они знают, каким клиентам подходят, а каким — нет.

4. Младшие юристы: ресурс или будущее партнёры?

Модель юридической фирмы традиционно пирамидальна. Но вопрос в том, как эта пирамида устроена.

Если младшие юристы воспринимаются как дешёвый ресурс для выполнения рутинной работы, фирма получает текучесть, демотивацию и слабый кадровый резерв.

Если же фирма системно инвестирует в развитие — обучение, наставничество, прозрачные карьерные треки — она формирует поколение партнёров, которые разделяют её ценности.

Нельзя превратить фирму в «академию», забыв про экономику. Но и игнорировать долгосрочную кадровую стратегию — значит работать без будущего.

5. Управление: невидимая функция

Юридические фирмы часто создаются выдающимися практиками, но не всегда — выдающимися управленцами.

В результате:

• управленческие решения откладываются;

• стратегия подменяется реакцией на обстоятельства;

• внутренние конфликты замалчиваются до кризиса.

Профессиональная фирма — это особый тип организации. В ней работают люди с высоким уровнем автономии и экспертности. И управлять ими приказами невозможно.

Здесь особенно важны:

• прозрачные правила распределения прибыли,

• понятные критерии оценки вклада,

• открытая коммуникация,

• согласованная стратегия развития.

Без этого даже сильная практика может распасться изнутри.

6. Главный конфликт: индивидуальный успех vs коллективная ценность

В основе всех описанных проблем лежит один фундаментальный вопрос:

Юридическая фирма — это платформа для заработка отдельных партнёров или самостоятельная ценность как организация?

Если первое — то каждый будет максимизировать личную выгоду.

Если второе — появляется пространство для совместного инвестирования, взаимной поддержки и стратегического мышления.

Именно здесь формируется настоящая устойчивость.

По итогу баланс в юридической фирме — это не бухгалтерская категория. Это управленческая философия.

Те фирмы, которые осознают эти противоречия и учатся ими управлять, со временем становятся сильнее. Те, кто игнорирует их — рано или поздно сталкиваются с внутренними конфликтами, потерей ключевых людей и снижением конкурентоспособности.

Юридический рынок становится всё более сложным и конкурентным. И сегодня выигрывают не только лучшие юристы, но и лучшие управленцы.

Если вы предприниматель, блогер или владелец онлайн-бизнеса, эта статья — обязательное чтение. С 1 марта 2026 года вступают в силу поправки в Закон о защите прав потребителей (№ 168-ФЗ), которые в народе окрестили «законом о русификации».

В интернете (и особенно в телеграм-чатах предпринимателей) до сих пор гуляет опасное заблуждение:

«Этот закон только про вывески на улице. В нем же нет прямого указания на сайты! Значит, нас это не касается. Юристы просто нагнетают»

Звучит успокаивающе, не правда ли? Проблема только в том, что право так не работает. Отсутствие слова «Интернет» в статье закона не равно отсутствию обязанности. В конце концов, в законе о рекламе тоже нет слова «Интернет» в статье про БАДы, но 10% дисклеймер в YouTube-роликах требуют все.

Сегодня у нас есть уникальная возможность подкрепить теорию практикой. Участники нашего чата «Реклама в законе» получили официальные ответы из Роспотребнадзора (и из Центрального аппарата, и из регионального Управления). Мы разберем эти письма под микроскопом и навсегда закроем вопрос: распространяется ли «закон о русификации» на сайты и блоги.

Спойлер: Да, распространяется. И еще как.

Часть 1. Что вообще происходит? О чем закон?

Для начала, давайте вспомним матчасть.

Федеральный закон от 24.06.2025 № 168-ФЗ вносит изменения в Закон РФ «О защите прав потребителей». Появляется новая статья 10.1.

Суть статьи:

Информация для потребителей (не реклама, а именно сведения о товарах, услугах, исполнителях, режиме работы, правилах продажи) должна размещаться на русском языке.

Где размещаться? Закон говорит: «в общедоступных местах» с использованием «вывесок или иных средств размещения информации». Список этих средств открытый: надписи, указатели, внешние поверхности, информационные таблички, стенды, технические приспособления.

Казалось бы — при чем тут сайт? Сайт — это не внешняя поверхность здания. Или все-таки при чем?

Часть 2. Железобетонный аргумент: Письмо из Центрального аппарата Роспотребнадзора

Самый мощный удар по мифу об «отсутствии интернета в законе» наносит письмо, подписанное заместителем руководителя Федеральной службы И.В. Брагиной.

Ведомство рассматривает обращение гражданки и дает разъяснение, которое ссылается на цепочку взаимосвязанных норм:

1. Подпункт 9.4 пункта 1 статьи 3 ФЗ «О государственном языке РФ» — там говорится об обеспечении права граждан на получение информации на русском языке.

2. Части 1 и 4 статьи 7 ФЗ «Об информации» — об общедоступности информации.

3. Пункт 1 статьи 10.1 ЗоЗПП — наша новая статья.

И теперь — внимание! — текст письма:

«...сайты, страницы сайтов в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», содержащие общедоступную информацию, предназначенную для потребителей товаров (работ, услуг), по смыслу пункта 1 статьи 10.1 Закона Российской Федерации от 07.02.1992 № 2300-1 «О защите прав потребителей» также являются общедоступными местами...»

Что это значит простыми словами?

Центральный аппарат Роспотребнадзора официально заявляет позицию:

Сайт = общедоступное место. Если ваш магазин на улице — это место, где бывают люди, то ваш сайт — это место, где «бывают» (читают информацию) потребители. С точки зрения закона, это одно и то же.

Таким образом, требование о размещении информации на русском языке распространяется на все тексты, которые вы публикуете для потребителей на своем сайте. Будь то описание товара в интернет-магазине, прайс-лист на услуги или информация о доставке.

Часть 3. Технические детали: Письмо из Управления по Свердловской области

Второй документ еще интереснее, потому что Управление Роспотребнадзора по Свердловской области отвечает на запрос более развернуто и вдается в терминологию.

В письме указано, что перечень средств размещения информации (вывески, таблички) — открытый. А это значит, что под требования попадают любые носители.

Далее чиновники пускаются в филологию и инженерию. Чтобы объяснить, почему сайт — это тоже носитель, они цитируют два ГОСТа:

1. ГОСТ Р 7.0.8-2025 (Делопроизводство и архивное дело): Носитель информации — материальный объект, используемый для фиксации и хранения документированной информации.

2. ГОСТ Р 50922-2006 (Защита информации): Носитель информации — это материальный объект, в том числе физическое поле, в котором информация находится в виде символов, образов, сигналов.

Логика Управления:

Сайт физически хранится на сервере (материальный объект — диск, SSD). Когда вы заходите на сайт, информация передается в виде сигналов (помните про «физическое поле» в ГОСТе?) и отображается на вашем экране в виде символов. Следовательно, сайт полностью подпадает под определение «носителя информации» по ГОСТу.

Вывод из письма (цитата):

> «Следовательно, при размещении информации с использованием указанных носителей, субъекты предпринимательской деятельности обязаны соблюдать требования ст. 10.1...»

То есть, если у вас есть сайт, и на нем есть текст для клиентов, вы обязаны соблюдать требования о русском языке.

Часть 4. Распространенные мифы и контраргументы

Теперь, вооружившись письмами, давайте разберем типичные возражения, которые я слышу в чатах и на вебинарах.

Миф 1: «Это только для вывесок на фасаде. Я же не могу повесить свой сайт на стену».

Контраргумент: Закон говорит не о физическом размещении вывески, а о доведении информации до потребителя в общедоступном месте. Ваш сайт — это ваше представительство в цифровом пространстве. Как только потребитель заходит на ваш ресурс, он оказывается в "месте", где вы обязаны говорить с ним на государственном языке.

Миф 2: «У меня блог, а не магазин. Я не продаю напрямую».

Контраргумент: Статья 10.1 говорит об информации, предназначенной для потребителей товаров (работ, услуг). Если вы в блоге упоминаете, что оказываете платные консультации, если у вас есть кнопка «Поддержать», если вы продаете инфопродукты — вы становитесь исполнителем услуг. Информация об этих услугах (описание, цена, условия) должна быть на русском языке.

Миф 3: «А как же мировые бренды? Nike, Apple — они же пишут свои названия латиницей».

Контраргумент: В письме из Центрального аппарата есть важное исключение! Цитата:

> «...вводимые обязательные требования не применяются к случаям использования фирменных наименований, товарных знаков, знаков обслуживания...»

Товарный знак — это святое. Если ваше название или логотип зарегистрированы как товарный знак на латинице, вы имеете полное право его использовать. Но! Весь остальной контент вокруг (описания, характеристики, блог, условия доставки) должен быть на русском. Нельзя написать всё описание товара латиницей только потому, что бренд называется, условно, «Blue Sky».

Часть 5. Что это значит на практике для бизнеса?

Давайте спустимся с небес юридических тонкостей на грешную землю. Что именно нужно будет проверить на своем сайте до 1 марта 2026 года?

1. Карточки товаров и услуг. Если название товара импортное, но оно не является товарным знаком (например, вы продаете «handmade sweater»), то описание должно быть продублировано или полностью написано по-русски: «свитер ручной работы».

2. Интерфейс и навигация. Кнопки «Checkout», «Cart», «About us» в чистом виде без русскоязычной альтернативы могут стать проблемой. Пользователь должен понимать, куда он нажимает.

3. Прайс-листы и коммерческие предложения. Если вы присылаете клиенту ссылку на Google Docs или PDF-файл с ценами, и там всё на английском — это риск.

4. Блоги и статьи. Если вы в блоге описываете преимущества услуги и делаете это на смеси английского и русского («наш продукт имеет уникальный benefit»), лучше избегать таких вкраплений без перевода.

Часть 6. К чему готовиться? Мнение и прогнозы

Почему я считаю, что к этим разъяснениям стоит отнестись серьезно?

Во-первых, письмо из Центрального аппарата — это сигнал для всех территориальных управлений и для судов. Если дойдет до проверки или судебного иска, судьи будут смотреть на позицию регулирующего органа.

Во-вторых, мы видим системный подход. Роспотребнадзор не просто отмахнулся, а дал развернутое толкование с привязкой к ГОСТам и другим ФЗ. Это говорит о том, что позиция продуманная.

Что будет после 1 марта 2026?

Я ожидаю, что сначала будут профилактические визиты и предупреждения. Но если бизнес будет игнорировать требования, начнутся штрафы по ст. 14.8 КоАП РФ (нарушение прав потребителей). Штрафы для ИП и должностных лиц — от 500 до 1000 рублей, для юрлиц — от 5000 до 10 000 рублей. Суммы не космические, но сам факт привлечения к ответственности и предписание устранить нарушение (то есть перевести сайт на русский) никому не нужны.

Правде быть! Распространяется.

А вы уже проверили свой сайт на предмет «русификации»? Что вызвало больше всего вопросов? Делитесь в комментариях, разберем!

Вопрос о том, кому принадлежат права на произведения, сгенерированные с помощью нейросетей, сейчас стоит особенно остро. На текущий момент песни, написанные ИИ, активно покоряют чарты. Один из самых популярных сервисов по созданию музыки – это Suno. Так кому же принадлежат права на песни, созданные в этой программе?

Suno предоставляет услугу генерации музыкальных файлов на основе введенного пользователем промпта (текстового запроса, в котором человек перечисляет характеристики ожидаемого музыкального произведения). При этом Пользователь может создавать песни  как с нуля, задавая промты будущего текста, мелодии и аранжировки, так и  загружать свои тексты и мелодии, для которых Suno создает продакшн.

В Пользовательском соглашении прямо указано, что Пользователь обязан иметь все необходимые права на предоставляемые материалы, а также гарантировать отсутствие нарушения чужих прав.

 Права на сгенерированные произведения зависят от тарифа.

На  бесплатном тарифе все созданные произведения предназначены только для личного, некоммерческого использования. Пользователь может сохранить треки, сделав их доступными только по ссылке, или опубликовать их на своей странице в Suno. При этом любая монетизация запрещена.

При использовании платной подписки, Пользователю предоставляется право  на коммерческое использование созданных произведений.

Это означает, что Пользователь:

Может использовать произведения вне платформы Suno, например, для релизов песен на стриминговых сервисах с дальнейшей монетизацией.

Получает право распространять, использовать музыку в фильмах, играх и соцсетях и т.д.

В Пользовательском соглашении указано, что именно Пользователь, подписанный на платный тариф, считается владельцем прав на произведения, созданные во время подписки.

Важно помнить, что загружая в Suno  в качестве референса творчество третьих лиц, возникает риск незаконной переработки и плагиата чужих произведений. При этом ответственность за незаконное использование чужого контента лежит  на Пользователе.